История одной детской песни (о преемственности музыкальных традиций)

Выпуск №2 • 2754

Фото А. Шепелина

В традиционном фольклоре многих народов мира образ весеннего дождя тесно связан с представлениями об очищении и обновлении природы. Ему посвящались специальные приветственные песенки-заклички, которые зачастую исполнялись детьми. До нашего времени сохранилась узбекская детская закличка дождя – чакирик, называемая “Ёмгир ёгалок” (“Льется дождик”) и имеющая несколько вариантов исполнения. Вот наиболее известный из них:

Ёмгир ёгалок
Эчки сокалог.
Бойнинг ўглининг
Корни думалок.
(Словно) Льется дождь
С вымени козы.
У сыночка бая
Брюхо, что пузырь.

Пружинисто подпрыгивающий ритм и озорные, сочные метафоры этой песенки живо передают картину резвящейся, задорно кличущей детворы под брызгами теплого, как парное молоко, весеннего дождя.

Свою “вторую” жизнь эта закличка обрела в одноименной песне Сабира Бабаева на стихи Куддуса Мухаммади, созданной в начале 50-х гг. минувшего века. Авторы сумели сохранить жизнерадостный настрой и ритмику фольклорного образца, уступив, однако, образной силе метафор:

Ёмгир ёгалок
Яшнасин утлок.
Энди экинлар
Чикарар кулок.
Льется дождик -
Травы расцветут.
У посевов нынче
Ушки прорастут.

Композитору удалось усилить игровое начало благодаря продуманному отбору средств многоголосной музыки (звукоизобразительное, передающее дробный перестук дождевых капель вступление; четкий тональный план с аутентическим типом аккордовых связей; прозрачная гармонизация; мажорный лад и т.д.). Простая и ясная куплетная форма песни, легко запоминающаяся мелодия, привлекательное и понятное содержание текста, частое исполнение в радиоэфире способствовали ее быстрому проникновению в детский репертуар и закреплению в нем. Красноречивым свидетельством того, насколько прочно вошло это произведение в музыкальный быт детей, стало включение песенки в программу эстрадного представления “Музыкальная чайхана” в 1987 г., то есть спустя более тридцати лет. В IV части программы песня фигурировала под названием “Яшнасин дала”, соседствуя с аранжировками подлинных фольклорных образцов. Этот относительно редкий в практике отечественных композиторов пример вторичной фольклоризации авторского произведения отразил точность “попадания” композитора в круг интересов и запросов детей. Очевидно и то, что столь продолжительную исполнительскую судьбу данной песни обеспечил точно найденный С. Бабаевым баланс традиционных и “европейских” средств музыкально-образной выразительности.

Еще одним, созданным уже в начале нового столетия, вариантом прочтения древней детской заклички стала песня известного детского композитора Аваза Мансурова “Кувнок ёмгир” (“Веселый дождик”). Весьма удачна ее стихотворная основа (поэт – Анвар Обиджон), пронизанная фольклорными мотивами, звукоподражательными элементами и музыкальными образами. Дождь, уподобленный омочившему “весь белый свет” младенцу (“йўргакни/… чойшабни/… оламни кул килди чакалок”) играет на “гиджачных” струнах камыша (“камишлардан гижжак ясаб”), колосьях-”дутарах” (“дутар килгай бошокларини”), “барабанах” крыш (“Томингизни чирмандадек /Чертар гохи “так-так” килиб”), и “чангах” весенней листвы (“чангдек чалар япрокларини”). Энергичный, “взрывной” припев – накарот, состоящий из двух пятисложников (формула заклички) соседствует с повествовательными 8-сложными строфами, создавая своеобразную игру стихотворных ритмов.

Отталкиваясь от образов и структуры стихотворения, А. Мансуров обогащает их приемами, почерпнутыми из музыкального наследия и композиторской практики. Помещая, подобно ферганским ялла, запев перед припевом, композитор наделяет их разными типами образности. Задорный припев контрастно сочетается с лирически-умиротворенными запевами, близкими по характеру колыбельным – алла (ведь дождик в песне – младенец – чакалок!). Этот контраст носит “узаконенный” традицией производный характер, ибо начальная “кличущая” интонация припева – восходящая кварта, продленная до опеваемой сексты, – соответствует лирическому типу тематизма, выработанному узбекской композиторской школой (к примеру, та же интонация лежит в основе лейтмотива любви и счастья из музыкальной драмы “Момо ер” Ик. Акбарова, а также начальной фразы ариозо Ходжи Дарги из оперы “Проделки Майсары” С. Юдакова).

В то же время песня наполнена приметами современного эстрадного стиля: приемы джазового свинга в аккомпанементе хорошо сочетаются с острыми ритмами вокальной линии, насыщенная аккордика и красочность гармонических сопоставлений усиливают выразительность мелодии, эффектная исполнительская подача превращает песню в яркий концертный номер. Уготована ли ей такая же, как у ее предшественницы, долгая жизнь – покажет время. Нам же было важно отметить, что нити весеннего дождя – символа обновления и детства – протянулись из глубины веков в сегодняшний день, соединяя эпохи и играя новыми красками.

Мы привыкли считать традицией доставшееся нам от предков великое музыкальное наследие. Однако пришло время для осмысления творчества предыдущих поколений композиторов Узбекистана как новой традиции, сложившейся в течение XX в. На их долю выпали трудности создания музыкального языка, органично соединяющего особенности узбекской монодии и европейского многоголосия. Преемственность и развитие обеих (а по сути – одной) традиций в творчестве современных отечественных композиторов мы и попытались показать, рассказав об истории одной детской песни.

Зульфия Мурадова

Pin It

Comments are closed.