Баходир Юлдашев – творец сновидений

Issue #1 • 237

Зухра Рахимова,
искусствовед

 

Незаурядные творческие личности, которые, каждый в своей индивидуальной манере, формируют многогранное пространство национальной живописи, обогащают современное искусство Узбекистана. В числе таких художников – Баходир Юлдашев, который начинал как миниатюрист, а затем стал заниматься станковой живописью, сохранив при этом отдельные, характерные для средневековой миниатюры, приемы и создав оригинальный своеобразный стиль. О работах Б. Юлдашева спорят, но не находят для них однозначной оценки. Некоторые искусствоведы и художники склонны считать его холсты своеобразным переводом с языка восточной миниатюры на станковую живопись, другие видят в его произведениях сложные концепции, требующие от зрителя созерцания и размышлений. Третьи считают, что факт перевода языка миниатюры в станковые формы не приемлем. Сам художник ведет уединенную жизнь, мало выставляется, редко комментирует свои работы, считая, что главное для него – процесс творчества, возможность передать на холсте накопившиеся впечатления.

Б. Юлдашев постоянно в поиске, он – экспериментатор, неутомимый труженик. Картины художника трудно понять сразу. Они требуют внимательного, вдумчивого созерцания и, если можно так сказать, со-творчества со зрителем.

В конце 1970-х – 1980-х гг. в Узбекистане возрождается искусство книжной миниатюры. Многие художники обратились к ее постижению как важному составляющему национальной художественной культуры прошлого. Поэтика, декоративная система и художественная стилистика миниатюры воспринимались как художниками, так и их зрителями как яркое выражение национального художественного сознания. Именно в этот период формируется Б. Юлдашев как художник-миниатюрист.

Закончив графический факультет Ташкентского государственного педагогического института им. Низами (1978 – 1982), он начал работать в объединении мастеров народного творчества «Усто», где в конце 1970-х гг. была организована экспериментальная научно-производственная мастерская художественной росписи, возглавляемая известным узбекским живописцем Чингизом Ахмаровым, который первым в республике стал интерпретировать традиции миниатюры в своем творчестве. Работая вместе с такими видными мастерами, как Н. Холматов, Ш. Мухамеджанов, А. Камбаров, Г. Камалов, М. Сатыбалдыева и другими известными миниатюристами, Б. Юлдашев был очарован как стилистикой самой миниатюры, так и образами восточной классической поэзии, составляющей ее сюжетную канву. В восточной миниатюре его привлекали скрытый смысл, подтекст и живописная метафора, ритм и колорит, изящество рисунка и сложное решение пространства, статика в движении и недосказанность, близкие его мировосприятию. Вначале он просто копировал популярные композиции известных художников различных школ восточной миниатюры. Затем стал искать новые приемы и образы: помимо миниатюры на бумаге художник стал использовать под миниатюрную живопись другие поверхности, например, плоды тыквы, музыкальные бубны, керамические или фарфоровые блюда, кожу, расписывал лаковые шкатулки.  Многие из этих чрезвычайно популярных материалов, ставших основой для миниатюрной живописи, Б. Юлдашев стал применять одним из первых. У него появились ученики и подражатели, а сейчас эти материалы активно используются многими узбекскими миниатюристами.

В миниатюрах на сюжеты классической поэзии Востока Б. Юлдашев искал необычное художественно-пластическое и цветовое решение композиции, находил новые образы, вдохновленные стихами Руми, Хайяма, Саади, Хафиза, Навои. Это был и его собственный путь поиска духовного совершенства, осознание  им философского предназначения искусства.

Как и для многих современников-художников для Баходыра Юлдашева творчество – это поиск возможности адаптации индивидуального пластического стиля с традиционными декоративно-орнаментальными и колористическими принципами классического наследия средневекового Востока, «спрессованными» в миниатюрной живописи. Для выражения таких универсальных ценностей, как жизнь, смерть и любовь, в своих произведениях Б. Юлдашев широко использует распространенный в средневековом искусстве метод акцентирования на эзотерические, сокрытые (батин) смыслы классической суфийской поэзии, применяя его в миниатюрной живописи для понимания различных аллегорий и иносказаний. Кувшин с вином, плод граната, виноградная лоза – любимые символы художника.

Постепенно в работах Б. Юлдашева стали появляться, а затем доминировать и повторяться навеянные поэзией изображения Каравана, странствующих дервишей, кукловода, лицедея, прекрасной Девы – Пери – Возлюбленной. Для него эти образы воплотились в своего рода живописные Знаки на пути поисков духовного постижения истины и сокрытых качеств собственной души. Не случайно в  картинах художника в образе Дервиша или Кукловода мы часто узнаем черты самого художника.

Со временем рамки, регламентирующие принятые в восточной миниатюре каноны, стали ограничивать фантазию и воображение Б. Юлдашева, и в поисках новых выразительных творческих средств и возможностей он обращается к станковой живописи. Поводом для этого решения послужила поездка в Бельгию в 1991 г. на свою первую зарубежную выставку. Знакомство с европейскими музеями и классической европейской живописью имело решающее значение для творчества художника в дальнейшем. Он кардинально поменял технику письма, перейдя с бумаги, акварели и гуаши на масляную живопись, пастель, акриловые краски и холст, экспериментируя с различными поверхностями и материалами.

Меньше чем за 20 лет художником было создано большое число полотен, в которых он как бы перевел опыт миниатюрной живописи на поверхность холста, создав свой особый, узнаваемый индивидуальный стиль. Несмотря на то, что он стал работать с большими по размеру, чем лист бумаги, поверхностями и перешел на другую технологию живописи, подсознательно Б. Юлдашев трансформирует в станковую живопись отдельные характерные для миниатюры художественные приемы. Плоскостное решение пространства композиции, тонкость письма, тщательная прорисовка деталей, графически выписанные узоры орнаментов, введение в плоскость картины рисунка арабской каллиграфии, виртуозная линия, силуэтное решение образов, регулярная повторяемость композиций с некоторыми вариациями, заимствованные в классической миниатюре Востока, в станковой форме приобретают фантастически условный характер. Художник любит писать в фисташково-зеленой или охристой гамме, наряду с которыми в живописи поздних работ стали использоваться и мрачные, сумеречные цвета. При этом Б. Юлдашев использует оригинальную технику, при которой на мелкозернистый грунтованный холст наносится рисунок композиции и задуманные цвета, затем он сверху прописывает полностью одним темным цветом, а потом снимает верхний слой ветошью, высветляя с различной интенсивностью лица, детали натюрморта или архитектуры. В результате начинают проступать как бы из мрака небытия фантастически завораживающие, когда-то найденные и ставшие любимыми образы Кукловода, Поэта, Возлюбленной, коня или верблюда, кувшина с вином, архитектурных зданий с новым смысловым акцентом. Они словно выплывают из бездны, готовые снова исчезнуть, как сновидения.

Кроме холста Б. Юлдашев постоянно находит новые материалы и экспериментирует. Картон, шелк, бархат и бязь в его картинах создают удивительную по красоте фактуру: то гладкую, напоминающую бумагу, но как бы светящуюся изнутри (шелк), то пастозно-рельефную, колористическая гамма которой заставляет вспоминать таинственное сверкание драгоценных камней, то глубокий мягкий и, в то же время, сложный мерцающий фон, если он пишет на бархате. В работах, посвященных пророкам и кораническим сюжетам, Б. Юлдашев создает удивительную фактуру, напоминающую кракелюры на старинных европейских картинах маслом, что в данном контексте создает ощущение седой вечности.

Живопись Б. Юлдашева при обращении к нестареющим образам поэзии и легенд – искусство глубоко современное, актуальное, отражающее одновременно традиционное и индивидуальное мировидение.

НАШИ ЮБИЛЯРЫ38Зухра Рахимова,искусствоведБаходир Юлдашев –творец сновидений
Незаурядные творческие личности, которые, каждый в своей индивидуальной манере, формируют многогранное пространство национальной живописи, обогащают современное искусство Узбекистана. В числе таких художников – Баходир Юлдашев, который начинал как миниатюрист, а затем стал заниматься станковой живописью, сохранив при этом отдельные, характерные для средневековой миниатюры, приемы и создав оригинальный своеобразный стиль. О работах Б. Юлдашева спорят, но не находят для них однозначной оценки. Некоторые искусствоведы и художники склонны считать его холсты своеобразным переводом с языка восточной миниатюры на станковую живопись, другие видят в его произведениях сложные концепции, требующие от зрителя созерцания и размышлений. Третьи считают, что факт перевода языка миниатюры в станковые формы не приемлем. Сам художник ведет уединенную жизнь, мало выставляется, редко комментирует свои работы, считая, что главное для него – процесс творчества, возможность передать на холсте накопившиеся впечатления.Б. Юлдашев постоянно в поиске, он – экспериментатор, неутомимый труженик. Картины художника трудно понять сразу. Они требуют внимательного, вдумчивого созерцания и, если можно так сказать, со-творчества со зрителем. В конце 1970-х – 1980-х гг. в Узбекистане возрождается искусство книжной миниатюры. Многие художники обратились к ее постижению как важному составляющему национальной художественной культуры прошлого. Поэтика, декоративная система и художественная стилистика миниатюры воспринимались как художниками, так и их зрителями как яркое выражение национального художественного сознания. Именно в этот период формируется Б. Юлдашев как художник-миниатюрист.Закончив графический факультет Ташкентского государственного педагогического института им. Низами (1978 – 1982), он начал работать в объединении мастеров народного творчества «Усто», где в конце 1970-х гг. была организована экспериментальная научно-производственная мастерская художественной росписи, возглавляемая известным узбекским живописцем Чингизом Ахмаровым, который первым в республике стал интерпретировать традиции миниатюры в своем творчестве. Работая вместе с такими видными мастерами, как Н. Холматов, Ш. Мухамеджанов, А. Камбаров, Г. Камалов, М. Сатыбалдыева и другими известными миниатюристами, Б. Юлдашев был очарован как стилистикой самой миниатюры, так и образами восточной классической поэзии, составляющей ее сюжетную канву. В восточной 1. Тайна тайн. Шелк, акрил. 2014 2. Встреча. Х., м. 20143. Дервиш. Х., м. 2014www.sanat.orexca.com  San’at  Art  Искусство   1/2016123

Pin It

Comments are closed.