Глазурованные чаши XI–XII вв. из Ферганы

Выпуск №3 • 937

Среди средневековых историко-культурных регионов Узбекистана Фергана занимала особое место. Путешественник Х в. Ал-Мукаддаси упоминает, что из Ферганы вывозили белые ткани, оружие – мечи, панцири, медь и железо. Добывали здесь золото, серебро, ртуть, другие металлы. Богатая сырьевая база способствовала развитию различных ремесел, в частности, гончарного производства. Крупными центрами по изготовлению художественной глазурованной керамики были средневековые города Ахсикет и Куба, продукция которых была изучена благодаря археологическим раскопкам, проводившимся в разные годы на их руинах.

В данной публикации представлено несколько редких форм керамических изделий, сохранившихся целыми – свидетельство разнообразия и самобытности керамики Ферганской долины Караханидского периода. Это изделия с подглазурной росписью по ангобному фону, покрытые прозрачной глазурью на основе свинца. Чаши найдены на городище Эски-Ахси, средневековом Ахсикете – столичном городе Ферганы IX–X вв., – который в XI–XII вв., после перемещения столицы в Узгенд, продолжал оставаться крупнейшим экономическим и культурным центром.
Один из популярных орнаментальных мотивов в декоре глазурованной керамики Мавераннахра – вертун – представлен на двух из публикуемых нами сосудах. Древний символ бесконечного движения – вертун, или вихревая розетка, возникает на глазурованной керамике в Х в., наибольшее распространение получив в XI в. Во второй половине – конце XI в. в Фергане появляются своеобразные варианты этого мотива, характерные для данного региона. Чаша с пологими стенками и невысоким бортиком (рис. 1) украшена полихромной росписью, выполненной красками оливкового, охристо-красного и черного цветов по белому ангобному фону, сверху нанесена прозрачная глазурь. Диаметр венчика – 36 см. Вихревая розетка с лепестками, отклоняющимися влево, занимает центр композиции и окружена несколькими концентрическими поясами красного и оливкового цветов и поясом псевдонадписи. По краю чаши – еще один пояс с имитацией куфической надписи, с точками и крапинами (1, с. 155).
Второй ахсикетский сосуд – чаша диаметром 22 см (рис. 2) – замечательный образец творческого подхода к разработке мотива вихревой розетки. Дно ее украшено сложной тройной розеткой, в центре которой – условное изображение цветка, выполненное красками черного, оливкового и белого цвета, вокруг него – охристо-красная с черным контуром и белыми прожилками розетка с лучами, традиционно загибающимися влево, окруженная, в свою очередь, розеткой оливкового цвета с лучами, повернутыми в противоположном направлении; по средней части стенок сосуда проходит полоса коричневой псевдонадписи, а устье украшено оливковым зубчатым бордюром (1, с. 155; 2, с. 215, рис. 1: 6). Аналогии розеткам подобного типа есть среди находок на городище Кува (3, с. 102, рис. 8: 1). Это может свидетельствовать о том, что данный стиль декора был общим для ферганской школы глазурованной керамики караханидского периода, характеризующегося тем, что во второй половине XI в. здесь происходит, как мы видим, процесс усложнения мотива вихревой розетки. Она приобретает, скорее, вид цветка с плотно сомкнутыми лепестками, оконечность которых слегка загибается влево. Многолучевые розетки полихромны – контур лучей-лепестков обведен черной или темно-коричневой краской, сами же лепестки либо охристо-красного, либо оливкового цвета, при этом белой краской показана ось каждого лепестка, иногда концы лепестков помечены белой крапиной. Кроме того, вокруг розетки располагается концентрическая полоса псевдо-эпиграфического орнамента, отделенная от розетки свободным полем или кольцом красного цвета с белыми крапинами. Таким образом, рассмотренный нами мотив можно считать одним из признаков ферганской керамики XI в.
Изучая глазурованную керамику Мавераннахра, Д.К. Мирзаахмедов отмечает, что ее характерные особенности для последней трети XI – середины XII в. разработаны слабо (4, с. 189). В этом плане особый интерес представляют публикуемые ниже несколько сосудов из Ахсикета, которые можно отнести к данному периоду.
Чаша диаметром 30,5 см, найденная при раскопках археологом И. А. Ахраровым, украшена подглазурной росписью оливково-зеленого, коричневого и розового цветов (рис. 3). В центре ее – декоративный элемент, напоминающий стилизованную двуручную вазу либо изящный цветочный бутон. Вокруг – непрерывная полоса эпиграфического декора, в котором лишь угадывается его прототип – арабское письмо почерком куфи. Еще одна чаша также из раскопок И. А. Ахрарова (рис. 4), роспись которой выполнена красками оливково-зеленого, коричневого и красного цветов. Ее диаметр – 31,5 см. В центре сосуда в двойном круге помещен символ вечного движения – свастика, концы которой украшены веерообразными лопастями. Между ними – неясные коричневые линии, возможно, грубая имитация надписи. От центра расходятся четыре листовидные фигуры с крупными крапинами внутри и со штрихами по сторонам, между которыми – полупальметты с изогнутыми завитками. По краю чаши тянутся две полосы – узкая сплошная непосредственно по устью, более широкая, с процарапанными наклонными насечками, – ниже первой. Веерообразные элементы стали популярны на керамике Ферганы в XI в., реже встречаются они и на изделиях Шаша и Согда.
Следующая чаша (рис. 5) украшена богатым декором, сплошь покрывающим ее поверхность. Использованы оливковая и коричневая краски. В центре композиции – восьмилепестковая розетка, окруженная кольцом из треугольников и зигзагообразной линии. Вокруг – девять «пальмовых листов», чередующихся с V-образными фигурами, изображающими стилизованный цветочный букет. Это – образец парадной ферганской продукции XI–ХII вв., соединивший в своем декоре элементы, использовавшиеся в украшении других стилистических групп керамики более раннего периода. Шести-восьмилепестковые розетки (восходящие к декору художественного металла) со вписанными в лепестки растительными завитками встречаются и на других сосудах из Ахсикета, а также в Шаше (5, с. 237, рис. 6: 4). Элемент «пальмовый лист» встречается на ахсикетской керамике еще в нескольких видах композиций, например, в сочетании с цветочными розетками. Некоторые исследователи относят появление мотива «пальмового листа» к началу XII в. (6, с. 170). Однако декор одной чаши, найденной в Ахсикете (7, с. 221, 222, рис. 2), свидетельствует в пользу более ранней даты – на ней этот элемент чередуется с полупальметтами, представляющими собой, по-видимому, верхушки стилизованных букв. Такого рода надписи (или имитации надписей) известны по декору чаш конической формы XI в. из Ташкента (8, с. 80-114, рис. 36: 2, 4). Возможно, ахсикетский мастер соединил мотив, заимствованный из привозных шашских чаш с «пальмовым листом», популярным в Фергане.
Таким образом, «пальмовый лист» начинает применяться в Фергане не в XII, а в XI в., хотя и позже, чем в Шаше, где он получает распространение с Х в. Этот пример подтверждает выводы исследователей среднеазиатской керамики о том, что ферганская продукция отли-чается некоторой консервативностью (часть декоративных элементов появляется позже) и традиционализмом (мотивы сохраняются дольше, чем в других регионах).
Для выделяемой нами группы глазурованной керамики второй половины XI – начала XII в. характерны, таким образом, следующие общие признаки: крупные размеры чаш с пологими стенками и вертикальным бортом, преобладание в декоре оливкового цвета, часто – сплошное покрытие поверхности узорами, в основном, растительными, применение сильно стилизованных эпиграфических мотивов. В результате дальнейшего развития декора глазурованной керамики во второй половине XII – начале XIII в., как известно, стали преобладать монохромные изделия с гравированным подглазурным декором. Несмотря на значительное упрощение художественного оформления посуды, связанного, в частности, с удешевлением процесса производства и, соответственно, продукции гончаров, в этот же период были выработаны оригинальные орнаментальные мотивы, отражающие, в частности, традиционные понятия о Древе жизни (9, с. 142–144). Представляя несколько малоизвестных глазурованных чаш из Ферганы, хотелось бы подчеркнуть, что несмотря на кажущееся обилие публикаций и разработанность многих вопросов, изучение средневековой керамики Средней Азии остается актуальной и увлекательной задачей исследователей.

Литература
1. Древние города Ферганской долины. Ташкент, 2008.
2. Анарбаев А. А., Ильясова С. Р. Глазурованная керамика Ферганы XI в. // История материальной культуры Узбекистана. Вып. 31. Самарканд, 2000.
3. Матбабаев Б. Х., Грицина А. А. Археологические исследования в юго-западной части шахристана Кувы (Кубы) // История материальной культуры Узбекистана. Вып. 31. Самарканд, 2000.
4. Художественная культура Центральной Азии и Азербайджана IX–XV веков. Т. I. Керамика. Самарканд–Ташкент, 2011.
5. Ильясова С., Мирзаахмедов Д. К., Адылов Ш. Т. Средневековое стекло и керамика Бинката–Ташкента IX–XI вв. Раздел 2. Керамические изделия // История материальной культуры Узбекистана. Вып. 31. Самарканд, 2000.
6. Папахристу О. А., Баратова Л. С. Керамика из стратиграфического раскопа № 9 городища Эски Ахси (Ахсикет) // История материальной культуры Узбекистана. Вып. 24. Ташкент, 1990.
7. Анарбаев А. А. Средневековое жилище Ахсикента (ХI–XII вв.) // История материальной культуры Узбекистана. Вып. 35. Ташкент, 2006.
8. Брусенко Л. Г. Продукция гончарного ремесла Бинкета // Древности Ташкента. Ташкент, 1976.
9. Ильясова С. Р. Об идеологическом традиционализме («Древо жизни» на керамике Ферганы) // Изучение культурного наследия Востока. Санкт-Петербург, 1999.

Pin It

Comments are closed.