Метаморфозы в керамике Узбекистана: индивидуальность и традиция

Выпуск №3 • 1743

Керамика – один из самых древних видов художественного ремесла Узбекистана. По технике исполнения она делится на неполивную и глазурованную.

Наиболее консервативной, сохранившей аутентичные технологические и художественные приемы, является неполивная керамика. Сегодня она представлена крупными хозяйственными изделиями, используемыми сельским населением в быту. Это хумы, тандыры, кувшины и т.д., которые изготавливают мастера в некоторых центрах Узбекистана.

Одним из таких малочисленных мест является Касби – известный в прошлом центр производства неполивной и глазурованной керамики. Здесь успешно работает династия керамистов Очиловых – это три-четыре дома, расположенные вдоль дороги. Можно остановить машину, зайти к ним и заказать или купить понравившееся изделие. Таких мастерских гончаров, творчество которых восходит к древним традициям, осталось немного, поскольку спрос на предметы хозяйственного обихода удовлетворяется более дешевыми и долговечными промышленными изделиями из металла и пластмасс. Здесь понятие традиции сохраняется в ее аутентичном виде. Изменения в технологии и формах минимальные, а орнаментальные украшения на них практически не встречаются. Эти изделия пользуются спросом лишь у местного населения. Летом лучше продаются хумы – большие корчаги для хранения продуктов и воды, офтоба –  кувшины для воды, весной – гульдоны – вазы для цветов, а тандыры – наземные печи для выпечки хлеба, пользующиеся наибольшим спросом, успешно реализуются в любое время года.

Безусловно, неполивная керамика выставочного или сувенирного назначения создается и известными керамистами, но такие случаи  редки.

В качестве примера можно привести творчество мастера из Самарканда Шарифа Азимова (1954 г.р.) – одного из учеников известного мастера Умара Журакулова. Он создает выразительные, в основном вертикальные по формам неполивные керамические изделия – огромные хумы, вазы, кувшины и др., представляющие собой уникальные произведения гончарного искусства. Неполивные изделия изготавливают практически все керамисты Риштана, Гиждувана, Хивы, Ташкента и других центров гончарного искусства, однако у многих из них основным направлением все же является глазурованная керамика. Лишь в практике Ш. Азимова создание изделий неполивной керамики является самоценной  творческой задачей. В его работах сохраняются все традиционные инструменты и приемы технологической обработки, но в приемах декорировки он вносит собственные решения. Это касается и форм керамических изделий, и использования мотивов орнамента – в основном это гравированные или штампованные узоры, которые всегда находятся в органичном сочетании с формами изделий. Изредка Ш. Азимов использует и глазурь, экспрессивными цветовыми пятнами покрывая поверхность кувшинов или ваз.

К разделу неполивной керамики можно отнести и глиняные раскрашенные игрушки. Однако, как выяснилось в результате нашей экспедиции в село Уба весной 2012 г., там древняя традиция изготовления глиняных игрушек-свистулек по существу исчезла, поскольку ушел из жизни Джаббор Рахимов, сын Хамро биби Рахимовой, не оставив после себя учеников. А единственная игрушечница Убы Кубаро Бабаева, отказавшись от глины как материала для игрушек, перешла на изготовление больших скульптурных фигурок из гипса с помощью калыбов, специальных форм, что привело к девальвации старой традиции этого промысла и китчу. Еще раньше исчезла знаменитая игрушка Касби в виде птиц и зверушек на колесиках, которые изготовляла Амбар-опа Саттарова. Сегодня игрушки делают мастера в других центрах – представители семьи Нарзуллаевых в Гиждуване и Мухтаровых в Самарканде.

Традиции терракотовой самаркандской игрушки продолжает мастерица Дилором Мухтарова (1967 г.р.), обучившаяся этому ремеслу у своего свекра – известного мастера Абдурахима Мухтарова, заложившего в 1960-е гг. основы самаркандской школы терракотовой игрушки. Сыновья А. Мухтарова  Зариф и Ислам достаточно активно работали над созданием сказочных драконов и фольклорных образов в 1980-1990-е гг., но сегодня лишь Д. Мухтарова создает терракотовые композиции на фольклорную тематику. Она изготавливает глиняные игрушки более 100 видов, включая в композиции разнообразные зооморфные и сказочные фигурки, а также персонажей народных сказок и фольклорных произведений. Мастерица добывает сырье из местной почвы, но добавляет жирную глину. Готовую массу она укладывает в специальную гипсовую  ванночку и заливает водой. Гипсовая карета впитывает лишнюю воду и получается масса нужной консистенции, которая после перемешивания помещается в целлофановый пакет, чтобы не высохла. Из готовой глины Д. Мухтарова лепит фигурки и обжигает в печи при температуре 1000 градусов. Для обработки терракотовых фигурок она использует традиционный набор инструментов: стек, лопаточку, ножик, трубочку, кисточки разных размеров.

С 2012 г. терракотовые  игрушки без ракраски стал создавать Фирдаус Юсупов – сын риштанского мастера Ш. Юсупова. Его сказочные персонажи размером (высотой?) от 10 до 15 см напоминают крупные фантастические образы в игрушках Ура-тюбинского мастера Гафура Халилова (от 20 до 40 см), которые тот изготавливал в конце 20 в. и покрывал бело-красно-синей известковой краской. Однако опыт воссоздания игрушек в Риштане, происхождение которых связано с другими центрами, по существу представляет форму профессионально-авторского подхода.

С точки зрения художественного решения наибольший интерес представляет  глазурованная керамика, которая прошла сложный исторический путь развития и продолжает жить в изделиях мастеров Гиждувана, Ургута, Риштана, Андижана, Денау, Хивы и Ташкента. Проблема традиции и инноваций здесь стоит наиболее остро и актуально. Изменение социальных условий бытования традиционных ремесел закономерно привело к определенным трансформациям, отразившимся на характере узбекской керамики. Процесс перехода традиционных художественных ремесел из сферы утилитарной в область сувенирного производства, начавшийся в середине ХХ в., в начале нового столетия был продолжен. Исчезли многие традиционные формы изделий; ведущей в настоящее время остается форма лягана, сохраняющая хорошее пространство для декора и не потерявшая утилитарного назначения. В то же время получает развитие экспериментальный поиск новых орнаментальных решений.

Основные школы глазурованной керамики Узбекистана сло­жились в XIX в. По стилю художественного оформления, пластическим и тех­нологическим особенностям можно выделить три основные кера­мические школы: северо-восточную – ферганскую, центральную – бухаро-самаркандскую  и юго-западную – хо­резмскую. В зависимости от характера глазури изделия этих школ отличаются по цвету. Голубая керамика представлена ферганской и хорезмской школами, где используется щелочная, ишкоровая полива. Бухаро-самаркандские центры известны желто-коричневой керамикой, здесь больше используется свинцовая глазурь. Еще в середине ХХ в.  на базарах Самарканда, Шахрисябза, Каттакургана, Риштана, Коканда, Джизака, Хивы, Ургенча можно было купить разнообразную керамическую поливную посуду или раскрашенные глиняные свистульки-игрушки.

К концу 1960-х гг. в общем развитии народной керамики Узбекистана стала наблюдаться тенденция исчезновения ряда уникальных центров. Во многом это было связано с социально-экономическими причинами. К сожалению, к настоящему времени традиции керамики Самарканда, Каттакургана, Шахрисябза, Китаба, Денау, Ташкента во многом утрачены, некоторые центры вообще не функционируют, лишь редкие музейные образцы свидетельствуют о развитости этого промысла в прошлом. В 1960-1980 гг. сузилась не только сфера реализа­ции изделий народных мастеров-керамистов – намного меньше стало и самих работающих гончаров. Многие известные мастера ушли из жизни, дру­гие, не найдя учеников или поддержки и материального обеспече­ния, бросили ставшее нерентабельным ремесло. Изделия народных мастеров не выдержали конкуренции с промышленными изделиями из фар­фора, металла или пластмассы.

Традиционная керамика Самарканда (У. Джуракулов, С. Ракова, А. Мухтаров) и Ташкента (М. Рахимов) по существу к середине 1970 – 1980-х годов была полностью переосмыслена. Возникла совершенно новая самаркандская школа мелкой терракотовой пластики. Создание Ташкентского экспериментально-творческого комбината прикладного искусства (с 1984 г. имени М. Рахимова), выпускавшего экспериментально-уникальную, малосерийную и малотиражную продукцию и ставшего центром новой монументальной архитектурной и ландшафтной керамики, не стало основой дальнейшего последовательного развития традиционного ташкентского гончарства.

С обретением независимости ситуация с поливной керамикой стала меняться в положительную сторону. Благодаря правительственным решениям был укреплен статус народного мастера, ряд керамистов Узбекистана получили высокое звание академика Академии художеств Узбекистана. Среди них мастер из Ташкента Акбар Рахимов, из Риштана – Шарафиддин Юсупов, из Гиждувана – Алишер Нарзуллаев, из Самарканда – Шариф Азимов.

Тем не менее, по разным причинам, не удалось сохранить ряд известных в прошлом  центров традиционной поливной керамики. Так, сегодня практически не удается восстановить традиции шахрисабзской керамики. Представитель седьмого поколения мастеров-керамистов из Шахрисабза Рустам Музафаров учится ремеслу, однако его изделия далеки от качества традиционных изделий этого центра. С уходом из жизни Умара Джуракулова ушла в небытие и самаркандская поливная керамика. Созданная же заново школа терракотовой игрушки Самарканда представляет совершенно иное, основанное на фольклорном материале, но по природе – индивидуально-авторское искусство. В Денау ситуация более плачевная – там еще работает мастер Зухур Расулов, но он в почтенном возрасте, а учеников и продолжателей его ремесла нет. Не удалось возродить в должной мере и традиции поливной керамики Байсуна, хотя Представительство ЮНЕСКО в Узбекистане в этом направлении сделало немало – восстановлена мастерская и печь для обжига изделий местного мастера И. Эшанкулова, выделен грант и проведено обучение его внука, но дальнейшего развития этот проект не получил.

Более стабильная ситуация в Андижане, где продолжает работать керамист Мирзабахром Абдувахабов. В последние годы появилось много продолжателей традиции риштанской керамики, но технология и орнаментальная эстетика их изделий оставляет желать лучшего. Наиболее  плодотворно, сохраняя высокие традиции керамики Риштана, работают несколько мастеров – среди них можно выделить Шарофиддина Юсупова и Бахтиера Назирова. Традицию гурумсарайской керамики последовательно развивает  Вахобжон Буваев – ученик известного мастера Масуда Турапова. Смена поколений мастеров относительно безболезненно произошла в Гиждуване и Ургуте. В Гиждуване традиции Ибодуло Нарзуллаева были подхвачены его сыновьями Алишером и Абдулло. В Ургуте гончарное искусство Махкама Аблакулова развивает его сын Нуъмон Аблакулов. В Хиве традиции местной керамики продолжают дети известных хивинских гончаров – Одилбек Матчанов из села Мадыр и Баходир Атаджанов из соседнего села Каттабаг.

Вышеупомянутые мастера и центры представляют то направление в современной керамике, которое можно назвать аутентичным, то есть сохраняющим черты местной локальной школы, ее технологию и орнамент. Характерно, что все они – потомственные мастера и обучались лишь в рамках  системы «усто-шогирд» (исключение составляет сын Шарафиддина Юсупова  – Фирдаус, имеющий высшее художественное образование; в его работах авторское начало выходит на первый план). Обновление здесь происходит эволюционным путем – технологические традиции остаются прежними (глина, инструменты, приемы обработки, красители, глазурь и т.д.), а видоизменяется лишь декор. Но и здесь обновление происходит не на основе введения совершенно новых мотивов (это редкие примеры), а лишь новой комбинации уже известных, традиционных для данной школы или центра  узоров.

Инновационное направление в современной поливной керамике представляют ташкентские мастера Акбар Рахимов и его сын Алишер Рахимовы, продолжающие традиции основателя этого стиля Мухита Рахимова. В начале 1960-х годов М. Рахимов, занимавшийся реставрацией кушанской античной керамики (I-II вв. н.э.) и поливной керамики Афрасиаба (IX-XI вв.), на основе реконструкции старых образцов создал новые выставочные экспонаты. Эта традиция легла в основу его последующей творческой деятельности, когда авторской аранжировке стали подвергаться образцы керамики, относящиеся к другим историческим периодам. Так, в  качестве объектов творческой интерпретации были использованы образцы темуридской керамики. Впоследствии это направление было продолжено и обогащено в творчестве  его сына Акбара и внука Алишера Рахимовых, сочетающих традиционные технологии и новые орнаментальные эксперименты. В этом же русле инновационных поисков работает молодой керамист из Бухары Абдувахид Каримов, реконструирующий традиции афрасиабской и сине-голубой керамики Бухары XVII в. и презентующий их как авторские изделия. Эти мастера сохраняют традиционную технологию, но вносят авторские новации в художественное оформление изделий, более свободно используя орнаментику различных исторических периодов. Примечательно, что все они имеют высшее художественное образование по специальности «керамика» и являются по существу профессиональными художниками.

Таким образом, ситуация в поливной керамике Узбекистана с точки зрения сохранения в ней аутентичных пластов и появления инновационных поисков напоминает положение, сложившееся с узбекской ручной вышивкой.  Здесь также можно выделить два потока. Это, во-первых, традиционная поливная керамика, основанная в основном на местных локальных традициях школ и центров, – сюда можно отнести изделия мастеров Риштана, Андижана, Гурумсарая, Ургута, Гиждувана и Хивы. В творчестве мастеров этих центров сохраняется приверженность традиционным приемам и формам, а нововведения связаны в основном с изменением в трактовке отдельных элементов орнамента и форм изделий. В регионах местная традиция имеет большее значение и традиции развиваются эволюционно. Возможно, динамичнее выглядит творчество некоторых мастеров Риштана, более открыто использующих новации в орнаментике, – это Рустам Усманов, Фирдаус Юсупов, Алишер и Бахтиер Назировы, и все же оно остается в русле традиций риштанской керамики.

И, во-вторых, это изделия инновационного плана, в которых  более активно проявляется индивидуально-творческая инициатива мастеров-керамистов, расширяется спектр используемых приемов и орнаментальных узоров без увязывания их с определенной локальной традицией. К этому направлению можно отнести упомянутых выше мастеров Акбара и Алишера Рахимовых из Ташкента и Абдувахида Каримова из Бухары.

В процессе адаптации узбекской керамики к условиям рыночной экономики немало настораживающих моментов. В поисках рынка сбыта многие мастера подстраиваются под невзыскательные вкусы туристов, что нередко приводит к потере почвенных традиций и особенностей стиля. Не менее сложная проблема связана с ученичеством. Старая система «усто-шогирд» в настоящее время приобрела упрощенную, исковерканную форму. Если раньше мастера брали учеников, доводили их до определенного уровня мастерства, принимали экзамены и давали свое благословение как своего рода диплом об образовании, то в настоящее время такой практики, к сожалению, нет. Не имея возможности получить более длительное образование, молодые мастера, пройдя ускоренный, двух-трехмесячный курс обучения, начинают сбывать на рынках некачественную в художественном отношении продукцию. В результате мы сталкиваемся с ситуацией, когда рынок портит традиционную систему подготовки высококлассных мастеров-керамистов, ведет к упадку общего уровня керамики прославленного центра. Ведущие мастера, которые делают высококачественные изделия, стремятся продать их по цене, соответствующей качеству, в то время как их ученики отдают свою продукцию задешево. Поточная продукция заполонила салоны, галереи, рынки туристических центров Бухары, Самарканда, Ташкента. Молодое поколение керамистов, с одной стороны, ориентируясь на рынок и заказчика, стремится наладить ускоренное, а значит – менее качественное производство, с другой, – сохраняет осознание необходимости следования исконным традициям.

Сегодня в развитии национальной керамики актуальной становится проблема сохранения ее самобытной природы, исконной орнаментики и чистоты художественно-образной структуры керамики Узбекистана. Несмотря на проблемы творческого и организационного характера, позитивные сдвиги, произошедшие за период независимости, очевидны. Вырос социальный статус народного мастера-керамиста, заметно увеличился интерес к традициям керамики в самом Узбекистане и за его пределами, многие из мастеров побывали в творческих командировках в других странах, стали проводить персональные выставки за рубежом.

Pin It

Comments are closed.