Мутаваккиль Бурханов

Выпуск №4 • 4545

Бухара – один из древнейших центров мировой цивилизации, сокровищница просвещения, науки, теологии, уникального зодчества, богатых музыкальных традиций, венцом которых является Шашмаком, всегда была колыбелью замечательных людей эпохи. Бухара дала миру Имам аль-Бухари, Рудаки, Дакики, Абу Али ибн Сину, Бахаваддина Накшбанди, Ахмада Дониша. Своеобразность этого уникального полиса выразилась в ее эпитетах “благородная”, “священная”, “славная обитель”. Веками вырабатывались здесь уникальные традиции этикета, эстетической восприимчивости, органично переплетаясь с повседневной жизнью ее населения, входя в его кровь и плоть. Ярким носителем традиционной городской культуры Бухары был и выдающийся композитор Узбекистана Мутаваккиль Бурханов.

Музыкальное наследие народов Центральной Азии, развивавшееся на протяжении веков в пределах монодии, в традициях фольклорных и изустно-профессиональных жанров, и сегодня является духовным сокровищем вдохновения композиторов. Средневековые мыслители Востока Абу Наср Фараби, Абу Али Ибн Сино, Кутбидин Шерази, Угмави, Абдурахмон Джами, Дарвиш Али Чанги (Бухари) обосновали музыкально-теоретические основы строения всего традиционного классического музыкального наследия, главным образом центральноазиатского средневековья. Впоследствии это получило свое продолжение и в изысканиях современных музыковедов как Узбекистана, так и многих других восточных и европейских стран.

В XX в. в государствах Центральной Азии, в том числе в Узбекистане, активизировалось музыкально-творческое течение, направленное на освоение новых для нее жанров и видов современного композиторского творчества путем органического синтезирования западноевропейского и местного традиционного наследия. И в этом творчески особо сложном процессе важное художественное значение обрели произведения М.Бурханова, в частности, его ярко национальные, высоко-художественные, поразительно очаровывающие слушателя любого уровня циклы для хора а’капелла, которые получили широкое признание как у нас в республике, так и во многих других странах мира.

Мутаваккиль (Муталь) Музаййинович Бурханов родился 5 мая 1916 г. в Бухаре в семье мударриса – преподавателя медресе. Большую роль в его воспитании сыграли дяди по отцу и мать, принадлежавшая к аристократическому роду. Практически он рос в среде традиционной бухарской интеллигенции, где досуг проводили в чтении классической поэзии на фарси и тюрки, в музицировании, в содержательных беседах, что не могло не сказаться на его интересах. В восемь лет он начал занятия на танбуре, сначала дома, а затем в первом бухарском музыкальном учебном заведении, открытом по инициативе Фитрата. Здесь он учился у таких знаменитых певцов, как Ота Джалол, Домла Халим и танбурист Ма’руфджон-ака Тошпулат.

С 1928 г. М.Бурханов продолжает занятия музыкой в Самарканде во вновь созданном Институте музыки и хореографии Узбекистана (ИНМУЗХОРУЗ), сочетавшем функции учебного заведения и научно-исследовательского института (сейчас это Научно-исследовательский институт искусствознания Академии художеств Узбекистана, в 1931 г. переведенный в Ташкент – новую столицу республики).

Серьезные занятия М.Бурханова композицией осуществлялись в годы учебы (1935-1939) в узбекской студии Московской консерватории под руководством профессора С.Василенко. На другом уровне занятия возобновились в 1947 г., когда М.Бурханов был уже автором Государственного гимна Узбекистана, создателем целого ряда популярных песен и романсов, музыки для театральных постановок. А диплом Московской консерватории по специальности композитор он получил в 1949 г.

В 1955-1960 гг. М.Бурханов возглавил Союз композиторов республики. В 1964 г. был удостоен звания “Заслуженный деятель искусств Узбекистана”. Его творческий и организаторский вклад в развитие узбекской музыкальной культуры был отмечен высокими правительственными наградами независимой республики. Он был награжден орденами “Буюк хизматлари учун”(1998) и “Эл юрт ќурмати” (2001). И в жизни, и в творчестве Мутаваккиль Бурханов всегда оставался патриотом своей Родины и человеком исключительной требовательности к себе и к другим. Он всегда был примером для творческой молодежи.

Последние годы жизни М.Бурханов провел на своей родине – в Бухаре, оставив нам биографические воспоминания. Кто, как не он, потерявший своих родных и близких, мог правдиво рассказать о тяжелых годах репрессий, о людях, составлявших цвет узбекской интеллигенции и погибших, будучи несправедливо объявленными врагами народа. Он часто говорил об этом, как о своем долге перед их памятью. И он исполнил этот долг незадолго до смерти…, не расставаясь при этом с музыкой, с проблемами ее развития.

Произведения М.Бурханова покоряют слушателей своей яркой национальной самобытностью, отточенностью форм и органичностью “сплетения” традиционной узбекской, таджикской, каракалпакской или иной восточной специфической музыкальной интонационности с новыми для них европейскими (классическими композиторскими) средствами музыкальной выразительности, к тому же практически доказывающими возможность их органического “вливания” и в монодийную музыку разных континентов.

Многогранность творческого облика маститого композитора сказалась как в его произведениях крупной формы, так и в лирических песнях (“Ипаклари тиллодан”, “Гузал Фаргона”, “Хорманг кизлар” и др.), в его необыкновенно проникновенных романсах (“Намедонам чи ном дорад”, “Келса ногох” и др.), в торжественно приподнятом характере мелодии Государственного гимна Узбекистана (на слова Абдуллы Арипова). Глубоко проникновенным, к тому же наполненным личными воспоминаниями автора, был и написанный им в последние годы жизни романс на слова Абдурауфа Фитрата “Ташлади, кетди” (“Бросила, ушла”). Одно лишь это произведение стоило М.Бурханову таких чрезвычайно мучительных творческих поисков и глубоких душевных переживаний, которые даже мне, непосредственному свидетелю этого процесса, трудно передать словами. Аналогичное прослеживалось, полагаю, в процессах создания и других известных его произведений.

По сей день широкой популярностью пользуются его песни из кинофильмов “Очарован тобой”, “Ибн Сино” (“Авиценна”), обретшие свою самостоятельную жизнь. Достойное место в современной узбекской музыке заняли такие вокально-симфонические произведения М.Бурханова, как баллада “Мечта поэта” на слова Машраба, реквием “Вечная память” на слова Фитрата, Чулпана, Насыра. Большим подарком самым маленьким слушателям стала музыка М.Бурханова к спектаклю кукольного театра “Айгуль и Бахтияр” (либретто Зульфии по пьесе Хамида Алимджана).

На протяжении всей своей творческой жизни композитор не раз обращался к образу великого узбекского поэта Алишера Навои. Его музыка к драматическому спектаклю “Алишер Навои” (1949, пьеса Уйгуна и И.Султана) по сей день радует сердца зрителей. Композитор возвращается к образу поэта в “Касыде Алишеру Навои” (слова А.Арипова), а в 80-е годы начинает вплотную работать над оперой “Алишер Навои” по либретто Иззата Султана со своим участием. В 1990 г. опера была поставлена, замысел был воплощен на сцене Государственного академического Большого театра оперы и балета им. А.Навои. Благоговейное отношение к оперному жанру, самокритичность автора были причиной неоднократной переделки музыки и либретто ее составных сцен. Результат долгих творческих поисков – рождение прекрасной музыки.

Особым достижением наряду с общемузыкальной явилась серьезная удача в создании речитатива, соответствующего особенностям узбекского языка. Отказавшись от общего трафарета неудобоваримой для узбекского языка европейской речитативности, автор стремился к большей естественности в воспроизведении самой речи. Учитывая роль арий как стержня произведения, М.Бурханов прочно опирался на мелодико-структурные основы жанра традиционной узбекской ашула и тем самым смог творчески решить задачу достижения национальной почвенности как в ариях, так и в разного плана сценических вокальных ансамблях оперы. При этом он учитывал и возможности хора и симфонического оркестра. Но постановка оперы не могла не отразить определенные чисто драматургические недостатки самого либретто. Однако постановка ее проигрывала в основном из-за практического отхода театральных исполнителей от требований автора в первую очередь в манере пения. Глубоко национальная узбекская основа исполнения сольных арий, дуэтов, разнообразных видов ансамблей, а также хоров, требующая сохранения соответствующей традиционности, стала камнем преткновения для всех солистов и вокальных ансамблевых групп театра.

В самом деле, если не считать двух-трех певцов-солистов, во всем театре оперные солисты, ансамблисты и хористы не в состоянии были исполнить данное произведение в должной традиционно-национальной узбекской певческой манере. В этом, собственно, и сказались серьезные недостатки, заключавшиеся во многом в несовершенной направленности подготовки узбекских оперных певцов и формировании местной национальной труппы. А отсутствие в театре соответствующего исполнительского состава стало одной из главных причин того, что опера “Алишер Навои” быстро сошла со сцены. Надеемся, что это соединение еще найдет достойных исполнителей-певцов, способных довести данное сценическое произведение М.Бурханова до сердец слушателей в новой постановке.

С чувством особой гордости можно отметить, что произведения Мутаваккила Бурханова, в каком бы жанре они ни были написаны, по своим художественным достоинствам, степени ярко выраженной национальной самобытности и высокой духовности, несомненно, составляют золотой фонд не только узбекского, таджикского или регионального центральноазиатского музыкального искусства, но в равной мере и всемирного.

Автор: Файзулла Кароматли

Pin It

Comments are closed.