Художник – керамист Ашур Мухаммад Мамасолиев

Выпуск №1 • 1469

Мастер-керамист Ашур Мухаммад Мамасолиев окончил отделение монументальной живописи Ташкентского государственного института искусств, однако сферой его творчества стала керамика, пластика малых форм. Его первые произведения выполнены в стиле традиционной для Узбекистана керамической игрушки. Уже в этих работах заметно стремление мастера к поискам новых средств художественной выразительности, которые, однако, не принесли ему творческого удовлетворения. Несомненный творческий рост мастера наблюдается в работах, созданных за последние 3 – 4 года.

Композиции Мамасолиева тематически связаны с обычаями и традициями узбекского народа. Еще ребенком он наблюдал за мамой и тетушкой, сшивающими из кусочков ткани одеяла, подбирая подходящие лоскутки и составляя из них своеобразную композицию, выпекающими красивые румяные лепешки в земляных тандырах (такие тандыры и поныне сохранились в кишлаках Чимкента, Сайрама (карамур), Хонарика, Манкента, в Белых водах, кишлаке Икон Туркестана. Разные люди: шутники, добряки, любители почаевничать, охотники, виноградари, словно за малым дитем ухаживающие за саженцами, – привлекали его детский взор, становясь впоследствии образцами для его произведений, вдохновляя на творчество. Так были созданы произведения “Бедана оханги” (“Мелодии перепелки”), “Эски тегирмон” (“Старая мельница”), “Аския” (“Острослов”), “Севги куйи” (“Мелодия любви”), “Кайф” (по мотивам лирики Омара Хайяма).

Впечатлениям детских лет посвящено и произведение “Шум бола” (“Проказник”). Черты характера, присущие мальчишке-сорванцу, он “подсмотрел” у местных ребят. В результате возник созданный с большим чувством юмора образ мальчишки, в чьем характере переплелись щедрость и скупость, прямота и лживость, игривость и леность, смелость и трусоватость.

Лелеемая мастером в душе с раннего детства любовь к родной природе воплотилась в композиции “Беданабозлар” (“Любители перепелок”). Безгранична радость мальчишки, карабкающегося вверх по толстому стволу векового дерева. Мастерски изображены и чувства сидящих под деревом его друзей – сверстников и Кудрата – бобо.

Увлечение Мамасолиева глиняной игрушкой возникло не случайно и во многом объясняется его интересом к творчеству Хамро – биби, прославившейся своими керамическими игрушками не только в нашей республике, но и за ее пределами, мастерицы, достигшей совершенства в своем деле. Под влиянием ее творчества художник создал ряд новых игрушек.

В 1995 г. А.Мамасолиев принял участие в состоявшейся в Ташкенте 1-й республиканской выставке ремесленников, посвященной 50 – летию ООН. Именно здесь, среди работ прославленных мастеров бухарской школы керамики, художник увидел игрушки, созданные одной из ближайших учениц Хамро-биби – Кубаро-биби. Ашур Мухаммад знакомится с традициями бухарской игрушки. Школа керамического искусства Бухары в корне отличается от других школ. Ее основные персонажи – фантастические образы лошадей, слонов, осликов, существ с головами животных и хвостами птиц – выглядят естественными и правдоподобными, очевидно, благодаря самому материалу – белой глине, из которой они изготавливаются, ее фактуре, цвету. А то, что игрушки создаются в технике ручной лепки, придает им неповторимость.

Ряд работ Мамасолиева был представлен на выставке керамики в Центральном выставочном зале Академии художеств Узбекистана в феврале 2002 г. Художник несколько раз побывал в древнем городе, знакомясь со своеобразными обычаями бухарских мастеров. По традиции, ученик должен получить благословение в трех священных местах: на могиле мастера Мир Саид Амира, духовного наставника всех мастеров керамического искусства, на святом месте – усыпальнице Бахоуддина Накшбандия, с именем которого связана красивая легенда. Считается, что учителем Бахоуддина Накшбандия был Мир Саид Амир. Однажды, когда молодой Бахоуддин занимался обжигом изготовленных изделий, у него кончились дрова. Не зная как быть, он обращается к своему учителю. Тот советует: “Сними свою рубаху и бросайся в огонь”. Подчиняясь наставнику, ученик бросается в огонь. Из печи поднимается черный дым, но Бахоуддин выходит из нее целым и невредимым. Ученик спрашивает, в чем тайна его чудесного спасения, на что наставник отвечает: “Не переча словам учителя, вы доказали свою любовь к избранному делу. От того, что любовь эта настоящая, с вами ничего не случилось. А теперь выпейте чашу воды”. Выпив воды, Бахоуддин продолжил свою работу. С тех пор стало обычаем ставить у тандыра чашу с водой, а идущий из тандыра черный дым воспринимается как свидетельство того, что изделие обожжено в достаточной мере.

Последнее благословение мастера получали у мавзолея Бахоуддина Накшбандия. На этом обряд посвящения не заканчивается. Стараниями ученика готовили плов и созывали соседей. Наставники подготавливают завязанные узлами цветные нити различных расцветок и обвязывают ими локти ученика, поверх чапана набрасывают на плечи красную материю, затем оборачивают его семью метрами марли и такими же цветными нитями обвивают талию. После этого ученик должен 40 или 23 дня соблюдать “чилла”: жить в отдельной комнате и не выходить на улицу. В течение этого времени все узелки повязанных на пояс и руки нитей должны сами развязаться… Так совершался обычай бухарских гончаров “подачи руки и подвязывания пояса”.

Все эти обряды прошел и Ашур Мухаммад. Кубро-биби была безмерно рада тому, что узелки нитей на его руках развязались очень скоро. “Значит, тебя навестил сам усто Мир Саид Амир, – сказала она. – А узлы на поясе развяжутся завтра”. С того дня художник с еще большим вдохновением берет в руки глину. И не случайно творческие дела его идут успешно. А воспоминания о Бухаре, культуре и обычаях этого древнего края стали основной темой в творчестве мастера.

Автор: Саида Илхомова

Pin It

Comments are closed.